allboating.ru

яхты  и путешествия


Информация | Путешествия | Соревнования | Экстрим | Люди | История | Разное | Форум | Каталог сайтов

» » Трагическая судьба черноморских линкоров


Трагическая судьба черноморских линкоров


Их было четыре. Все были спущены на воду, но один так и остался недостроенным. Это ли не трагедия - умереть, еще не начав жить? Но и остальным не выпала гордая участь боевого корабля - погибнуть в морском бою с развевающимся флагом и одиноким командиром на мостике. Один немецкие шпионы взорвали в Севастополе, другой - свои же в Цемесской бухте Новороссийска, третий разобрали на металлолом в душной Бизерте. Почему так тяжело жилось русскому флоту на Черном море?

Англию не зря называли Владычицей морей. Именно она совершила настоящую революцию в военном кораблестроении, спустив на воду в декабре 1905 г. корабль нового типа "Дредноут". При водоизмещении 17900 т он был вооружен 10(!) орудиями калибра 305 мм. От среднего калибра англичане отказались вовсе, оставив лишь двадцать 75-миллиметровых пушек для отражения атак миноносцев. Так же, как в 1860-х гг. американский корабль "Монитор" дал имя типу береговых и речных низкобортных кораблей, имя "Дредноут" стало нарицательным. Началась "дредноутная" гонка. Вслед за "Дредноутом" Англия построила три линейных корабля типа "Беллерофон" и три - типа "Колингвуд".

Первой "подняла перчатку" Германия; ее дредноут "Нассау" закачался на свинцовой воде Балтийского моря уже в июле 1906 г. Главный калибр - десять 279-миллиметровых орудий, водоизмещение 17710 т.

Россия, еще переживавшая последствия русско-японской войны, лишь в 1909 г. присоединилась к пелетону. Морское командование решило провести международный конкурс проектов линейных кораблей для Балтийского моря. Почти все ведущие судостроительные фирмы поспешили предложить России свои услуги. Победу одержал проект Балтийского завода, и в 1909 г. на Балтийском и Адмиралтейском заводах в Санкт-Петербурге началось строительство четырех русских дредноутов.

На Черном море в это время заканчивалось строительство линейных кораблей "Иоанн Златоуст" и "Святой Евстафий". "Дредноут" имел в бортовом залпе восемь орудий, а наши "утюги" - лишь четыре; к тому же их 305-миллиметровые пушки длиной 40 калибров не шли ни в какое сравнение с английскими, имевшими длину 45 калибров. Успокаивало обстоятельство, что основным противником на Черном море считался сравнительно слабый флот Османской империи.

Однако летом 1909 г., вскоре после прихода к власти "младотурок", появилась информация о желании новой власти купить три дредноута, строившиеся в Англии для Бразилии. Это резко меняло соотношение сил не в нашу пользу. И хотя информация не подтвердилась, морской министр С.А.Воеводский 26 июля 1910 г. представил Николаю II специальный доклад о необходимости усилить Черноморский флот. Его основную мощь должны были составить три дредноута, при проектировании которых в качестве прототипа выбрали дредноуты балтийские. Работа закипела. 11 октября 1911 г. черноморские линкоры были зачислены в состав флота под именами "Императрица Мария", "Император Александр III" и "Екатерина II" (с июня 1915 г. - "Императрица Екатерина Великая").

Однако воинственные турки быстро нашли ответ на усиления русского флота. 8 июня 1911 г. Турция заключила контракт с фирмой "Виккерс" на постройку линкора водоизмещением 23000 т. (Любопытно, что "Виккерс" одновременно помогала, разумеется, не бесплатно, "Обществу Николаевских заводов и верфей" ("ОНЗиВ") в изготовлении главных турбин для "Екатерины II".) По настоянию англичан размеры линкора были несколько увеличены по сравнению с двумя другими "черноморцами". Воистину - "деньги не пахнут"!

Одного линкора туркам показалось мало, и в начале 1914 г. они перекупили - опять же в Англии - у "Армстронга" линкор "Рио де Жанейро", переименовав его в "Султан Осман I", и заказали "Виккерсу" третий линкор - "Фатих Султан Мехмед". Чтобы противостоять этому трио на Черном море, России нужен был квартет, то есть, еще один линкор, и его заложили 15 апреля 1915 г. на верфи "ОНЗиВ". При водоизмещении 27300 т "Император Николай I" - так назвали новый линкор - в основном повторял обводы балтийского линкора "Севастополь", в отношении же бронирования и вооружения - "Императрицу Марию".

Первая мировая война почти год уже гремела на море и на суше. С ее началом Англия "исправилась" и реквизировала два почти готовых линкора, предназначенных для Турции. Однако с помощью Германии Турция получила "подарок Аллаха" - линейный крейсер "Гебен" и легкий крейсер "Бреслау". В разгар первых операций на Черном море (начало 1915 г.) готовность "Императрицы Марии" составляла 65%. На достройку линкоров бросили лучшие силы николаевских судостроителей, на Черное море пришлось отправить и специалистов из Петрограда. И 24 июня 1915 г. "Императрица Мария" вышла из Николаева в Севастополь. Посетив Одессу для погрузки угля, 30 июня линкор прибыл в Севастополь. Для прикрытия этого перехода был развернут практически весь Черноморский флот. Капитан 2-го ранга А.П.Лукин вспоминал: "Берега черны. Школы и магазины закрыты. Улицы опустели. Все на берегу... Выстроены войска. Слышны торжественные звуки гимна. Несется уррраа!".

Экипаж корабля составляли 33 офицера и 1215 кондукторов и нижних чинов. По воспоминаниям того же Лукина, на "Марии", в отличие от остальных кораблей, была "...дивная мебель зеленой кожи, уютные уголки, шелковые абажуры, лакированные столики, ковры, драпировки. Прекрасные офицерские каюты, полные удобства и уюта". Это действительно была "Императрица Черного моря" (как называл этот линкор А.Лукин).

"Императрица Мария" и "Императрица Екатерина Великая", поднявшая Андреевский флаг 6 октября 1915 г., не один раз выходили в море, решая, как принято говорить, различные боевые задачи.


Трагическая судьба черноморских линкоров
Линкор "Императрица Мария"

Трагическая судьба черноморских линкоров
Линкор "Императрица Екатерина Великая" 1916


Ранним утром 7 октября 1916 г., вскоре после очередного похода, на "Марии" произошел взрыв носовых погребов боезапаса. Экипаж пытался спасти корабль, но разрушения были слишком велики. Вице-адмирал А.В.Колчак приказал экипажу покинуть корабль. Разные источники приводят различные данные о погибших: 216, 225, 228. Общее число пострадавших оценивается в 488 человек.


Трагическая судьба черноморских линкоров
Гибель линкора "Императрица Мария"

Проводившая расследование комиссия выдвинула несколько версий, в том числе самовозгорание пороха, небрежность в обращении с ним и злой умысел. Последнюю почти сразу "отмели". Признать наличие в Севастополе германских шпионов - позор! Нет, это порох виноват! Что с него возьмешь? Сгорел - и нет.

Видимо, поэтому осталось без внимания комиссии "Прошение подпоручика А.М.Абакумова командующему Черноморским флотом вице-адмиралу А.В.Колчаку", датированное 30 апреля 1917 г. Однако, прежде чем привести отрывок из этого "Прошения", отметим, что Абакумову в тот момент было уже 90 лет. Убеленный сединами ветеран Крымской войны "вступил на флот охотником", и, несмотря на возраст, оснований сомневаться в его адекватности нет. Он пишет: «Пройдя до 3-й башни у офицерского люка, я почувствовал, что у меня ранена нога, и стал перевязывать ее платком. В то время вблизи меня появились лейтенанты Энгельман и Грибцов, и я услышал конец их разговора: "Сделали очень хорошо, кондуктор Треба утверждает - концов не найти". Разговор их прервался, они увидели меня и поспешили уйти: Гривцов за 3-ю башню, а Энгельман в его каюту. Я направился в мою каюту, желая спасти что-нибудь, но в это время слышу в дыму, матросы кричат мне: "Дедушка, спасайся, корабль тонет". Бросившись к борту, я по веревке спустился на буксирный пароход, которым и был доставлен на линейный корабль "Пантелеймон", ныне "Потемкин"». Кроме того, Абакумов упоминает, как два кондуктора, Корниенко и Покопцев, закрывали крышку жилого люка, не обращая внимания на протестующие крики матросов. Позднее Абакумова начали обвинять в том, что он распространяет слухи о причастии указанных чинов к гибели линкора, и даже грозили судом. В ответ на угрозы ветеран и написал прошение Колчаку, отправив копии Морскому министру и Советам солдатских и рабочих депутатов Петрограда и Севастополя.

Окончательных выводов о причинах гибели "Императрицы Марии" комиссия так и не сделала. Как тут не вспомнить гибель "Новороссийска" в 1955 г.? Итальянские подводные диверсанты? Нет, что вы, это Сталин приказал потопить линкор, чтобы отомстить маршалу Жукову - была и такая версия.

После событий февраля 1917 г. черноморские линкоры, как и другие корабли, получили новые названия. "Екатерину" переименовали в "Свободную Россию", "Император Александр III", достроенный только в июне 1917 г., стал "Волей", а "Николай I" - "Демократией".

Время, отпущенное "Свободной России", тоже истекало. Еще в октябре 1917 г. поход Черноморского флота против крейсера "Бреслау" сорвало самовольное возвращение в Севастополь линкора "Свободная Россия". Его экипаж отказался подчиняться офицерам. Ситуация в Крыму напомнила известную поговорку. Все было в дыму, одно слово - Смута. Белые, красные, германцы, Петлюра, батьки-атаманы...

Черноморский флот в составе двух дредноутов, 10 новейших эсминцев, нескольких старых миноносцев и вспомогательных судов пришел в Новороссийск 1 мая 1918 г. Корабли покинули Севастополь за несколько часов до того, как в город вошли германские войска генерала Коша.

В июне 1918 г. Совнарком издал приказ затопить корабли Черноморского флота, дабы они не достались германцам, наступавшим на Севастополь. Флот раскололся на две части. Шекспировский вариант: топить или не топить... На "Воле" после очередного бурного митинга большинством голосов решили вернуться в Севастополь. Значительная часть экипажа "Свободной России" сошла на берег, оставшиеся, понимая, что людей не хватит даже на то, чтобы развести пары, перешли на "Волю". На "России" осталось всего несколько человек и командир линкора, бывший капитан 2-го ранга В.М.Терентьев.

Буксир, выводивший "Свободную Россию", отбуксировал ее кабельтовых на пять от мола гавани на внешний рейд. К линкору подошла парусно-моторная шхуна и, сняв оставшихся членов команды, пошла в гавань. Когда шхуна проходила мимо миноносца "Керчь", В.М.Терентьев, показывая рукой на линкор, крикнул командиру "Керчи" В.А.Кукелю: "Старший лейтенант Кукель, вот вам пустой корабль, делайте с ним что хотите, распоряжений буксиру никаких не дано".

К 16.00 все корабли сосредоточились на рейде. Тогда миноносец "Керчь" торпедой потопил миноносец "Фидониси", что послужило сигналом к уничтожению флота. После этого "Керчь" полным ходом подошла к "Свободной России" и серией торпедных залпов потопила ее. «Незабываемой стоит перед моими глазами картина гибели дредноута "Свободная Россия"; вся команда "Керчи" - на верхней палубе, мрачно и молча смотрит на переворачивающийся вверх килем гигант. Слышны только тяжелое дыхание, глухие вздохи и сдерживаемые рыдания», - это воспоминания В.А.Кукеля, выполнившего приказ Совнаркома.

И что это за страсть у нас такая - топить собственные корабли?! В Крымскую войну чуть не весь Черноморский флот оказался на дне, на Балтике такой вариант тоже рассматривался, но союзники и не думали атаковать Кронштадт, поэтому там обошлось. Крейсер "Варяг" уже после боя был затоплен по приказу командира (да так неудачно, что японцы без труда его подняли и отремонтировали), весь экипаж стал героями.

Невольно закрадывается страшная мысль: а что, если бы потопили и остальные черноморские корабли? Боюсь даже помыслить...

Те, что вернулись в Севастополь, были захвачены немцами. В ноябре 1918 г. "Волю" захватили англичане, и призовая партия с линкора "Агамемнон" отвела корабль в турецкий порт Измид. В конце октября 1919 г. моряки с линкора "Айрон Дюк" вернули уже запущенный корабль в Севастополь, где 1 ноября его передали Белому флоту. С новым наименованием "Генерал Алексеев" линкор, а точнее, его артиллерия действовала против Красной армии. В декабре 1920 г. "Генерал Алексеев" в составе русской эскадры ушел в Бизерту.
Лучше всего об ужасе тех дней написал преподаватель севастопольского Морского корпуса Н.Н.Кнорринг в книге воспоминаний под названием "Сфаят":

«Корабль, переменивший на своем коротком веку несколько названий, возвышался над водой, как огромная гора. Вступивши под защиту его брони, я почувствовал себя как-то особенно прочно, неуязвимо: казалось, это самое надежное убежище. Но вместе с облегчающим чувством безопасности и внутренней свободы, я сознавал себя на этом корабле совершенно ничтожным и маленьким - он порабощал и сковывал волю.
"Алексеев" имел странный и необычайный вид для военного корабля, обыкновенно блиставшего чистотой.

На палубе, грязной и черной от бесконечной погрузки и больших запасов угля, валялись грудой чемоданы, корзины, ящики и разное, неопределенного вида, барахло; тащили еще, и еще, и трюмы проглатывали вещи.

Население корабля возросло в 7-8 раз, на его борту было несколько тысяч человек различной формы, пола и возраста. Дамские шляпки, английские зеленые шинели, френчи, русская форма, черные пальто моряков мешались с кавалерийскими рейтузами, фирменные фуражки с кепками, полушубки с каракулевыми саками. Сгрудились предметы домашнего хозяйственного обихода - кровати, комоды, самовары; на носу терлись боками коровы, козы... Это был не только кажущийся для непривычного взгляда беспорядок, какой, например, бывает в школе во время перемены, это был настоящий хаос, в котором команда корабля была поглощена нахлынувшей стихией и растворилась в ней до неузнаваемости.

- Господа! - слышится голос подбежавшего к толпе старшего офицера, - кто тут из вас из нашей команды?!
А люди шли, шли, ползли, как тараканы, без конца подъезжали лодки, груженные нужным и ненужным; поднимались по высокому трапу, лязгали лебедки, стучали танками* матросы, и на баке появлялись новые баркасы, автомобили. Казалось, этой погрузке не будет конца...».

Последний линкор Черного моря, точнее, его корпус был продан за совсем "смешные" деньги на металлолом уже в начале 1920-х гг. А "Императрица Мария" и "Император Александр III" еще долго напоминали о себе: "Мария" - фрагментами орудийных башен, поднятых со дна севастопольской бухты и использовавшихся в железнодорожных артиллерийских установках. "Александр" - 12-дюймовыми орудиями, установленными на германской батарее "Мирус" Атлантического вала. В их судьбе было продолжение Гражданской войны, разделившей Россию на два непримиримых лагеря. Пушки "Марии" защищали Ленинград от германских войск. Батарея "Мирус" стреляла по нашим союзникам - английским эсминцам...

В этом противостоянии, как в зеркале, отразилась главная трагедия черноморских линкоров.

Леонид Амирханов
Источник: «Капитан-Клуб» №1, 2009



  • Лево руля!
  • Флот России. Миссия в Мессине.
  • Два линкора




  • Обратная связь