allboating.ru

яхты  и путешествия


Информация | Путешествия | Соревнования | Экстрим | Люди | История | Разное | Форум | Каталог сайтов

» » » Капитан "Волшебника"


Капитан "Волшебника"


Капитан Кит Колбурн – отчаянный малый, если отважился выходить в море на «Волшебнике»! Военный корабль времен второй мировой в 1978 году был переделан в мирное рыболовное судно, которое до сих пор держится на плаву. «Волшебник» выделяется своими внушительными размерами – его длина составляет 47 метров. Порой Киту даже приходилось пропускать сезон из-за ремонта судна. Вместе с Китом на «Волшебнике» ходит его брат Моунт, опытный матрос, который иногда выполняет функции капитана. Остальные члены команды – Мэйт Гэри Соупер, ветеран с 20- летним стажем, Арт Петерсон, Ленни Лакинофф, Кросби ЛеВеен и Ник Малар.

Капитан "Волшебника"


Интервью с капитаном судна-краболова Китом Колбурном

- Кит, вы выходите в зимнее море, в штормовую погоду, лишаясь покоя и сна, чтобы добывать крабов. Не испытываете ли вы, поднимая крабов со дна, что-то сродни садистскому удовольствию, ведь эти членистоногие заставляют вас рисковать жизнью?

- Нет, я далек от таких чувств, для меня это лишь способ зарабатывать деньги. Хотя те тяготы, что выпадают на плечи моего экипажа, боль и истощение, накапливающиеся в нас во время долгого противостояния стихии, многим могут показаться проявлением мазохизма.

- На судах-краболовах царит суровая атмосфера. Тяжелый труд, лишения. Как складываются отношения в экипаже?

- От каждого требуется терпение. Как капитан я даю членам своей команды испытать себя в тех суровых условиях, что с избытком предоставляет Берингово море. Но если человек не способен работать в коллективе, значит, он не может работать на краболовном судне.

- Есть выражение: "не все можно купить". Экипаж действительно получает большие деньги, но стоит ли это таких сил и лишений? Что больше привлекает: деньги или приключение?

- Океан дает бесценный опыт, который не измеряется деньгами. Может, познание океана и есть главный побудительный мотив.

- Где еще в мире добывают крабов?

- Их ловят в Беринговом и Охотском морях, у берегов Европы в Баренцевом море. Недавно королевского краба обнаружили у берегов Чили и Аргентины.

- Какова история этого вида промысла?

- Промышленный лов красного королевского краба начался в 50-х гг. прошлого века как дополнительный промысел рыболовецких судов Аляски. В 1960-е гг. появились специализированные суда, ориентированные только на этот промысел. В 1970-е гг. в Японии и США был уже устойчивый спрос на мясо крабов, и в Беринговом море началась "золотая лихорадка".

Сотни судов выходили в море на промысел. Многие были плохо оборудованы, и в то время нередко случались трагедии, уносившие человеческие жизни. Это было невероятное время - судно за сезон могло заработать миллионы долларов, зарплаты экипажей измерялись сотнями тысяч.
Своего пика ловля крабов достигла в 1979 г., но в 1981 г. промысел практически прекратился - запасы королевского краба были исчерпаны. Причиной тому стал не только массовый лов, но, возможно, и изменение гидробиологических условий моря. Те, кто не пустили заработанные деньги на ветер, переориентировались на лов рыбы или стали добывать другие виды краба... Промысел выжил, но к 1990-м гг. запасы и этих популяций были исчерпаны. Начался период жестких ограничений на лов. К 2005 г. устоялась схема выдачи индивидуальных квот на промысел. Сегодня лов ведет флот, численность которого колеблется от 90 до 300 специализированных судов. Популяции крабов восстанавливаются, что свидетельствует о правильности предпринятых шагов.

- Вы теряли людей на промысле?

- В моем экипаже не было потерь. Но за 23 года промысла в Беринговом море я потерял много близких людей. Каждый год мы совершенствуем свое судно, стараясь сделать его более безопасным. Тренировки, где мы отрабатываем приемы борьбы за живучесть судна, проводятся регулярно. Во всяком случае, лучшими плаваниями я считаю не те, что принесли хороший доход, а те, из которых мы вернулись живыми и здоровыми.

- Сколько дней в году длится сезон?

- "Волшебник" уходит из Сиэтла в сентябре и возвращается домой в апреле. Мы немного отдыхаем в рождественские праздники и снова выходим в море. Грубо говоря, в море мы проводим 7 месяцев и 2 месяца длится ежегодный ремонт судна.

- Есть ли династии в этой профессии?


- Да, многие лодки передаются от отца сыну. Я - рыбак первого поколения. Предыдущий владелец "Волшебника" - мой наставник Джон Джоргенсен, семья которого эмигрировала в США из Норвегии в конце XIX в. Это шесть поколений рыбаков. "Волшебник" - традиционное название их лодок, идущее еще от первой парусной шхуны.

- Похоже, работа для вас - все. А что вы скажете о своих детях? Возьмете ли вы их, когда они подрастут, в море на свой опасный промысел?

- Мои дети еще слишком малы. Но, думаю, сын обязательно встанет к штурвалу "Волшебника". Я надеюсь передать ему в наследство свою любовь к морю, свое ремесло и знания. Правда, это тяжелое наследство - каждый раз, когда судно врезается в волну и вода стеной несется через всю палубу, я, волнуясь за своих матросов, представляю среди них сына. Это мучительный момент.

- Не мешает ли вам съемочная группа?

- Операторы - хорошие ребята, особенно когда вокруг все спокойно. Но во время лова в штормящем море они бывают слишком увлечены своей работой и забывают об опасности. Тогда они становятся обузой, поскольку мы должны следить за каждым из них, а это отвлекает от дела.


- Каковы отношения между съемочной группой и экипажем судна?

- Любая съемочная группа работает на судне только один сезон. За это время люди хорошо узнают друг друга, работают, как одна команда. Бывает, мы не хотим, чтобы нас снимали, и неизменно встречаем понимание со стороны операторов. Без взаимного уважения, поддержки этот проект не мог бы существовать.

- Что самое трудное в вашей профессии?

- Прощание с семьей.

- Чем вы занимаетесь на берегу?

- У владельца судна нет межсезонья. Работа с документами и обслуживание лодки - моя постоянная забота. Конечно, я стараюсь как можно больше времени проводить в кругу своей семьи.

- Команда проходит какое-то специальное обучение перед выходом в море?

- До выхода на промысел у нас проходит много специальных тренировок и занятий для экипажа. Обучение, знакомство с новым оборудованием, выполнение требований правил безопасности очень важны для закаленного ветерана и "зеленого" новичка.

- Существуют ли морские легенды, в которые вы верите?

- О, я невероятно суеверен и чувствую, что мои погибшие друзья наблюдают за мной.

- Океан - ваш друг или враг?

- Море, скорее, компаньон. С непростым характером. Работая, я получаю награду и вижу проявляемую щедрость, но время от времени с ним бывает нелегко. Что поделать - тяжелый характер! Бывает, я чувствую, что прохожу проверку, иногда очень жестокую. В другое время все идет хорошо, и это удивительно красивое и полезное сотрудничество.

- Вы испытывали чувство страха, хотелось хоть однажды уйти?

- Когда я начал заниматься этим промыслом, мысль уйти из него возникала каждый год после возвращения домой. Но теперь я не думаю об этом, наверное, привык. Бывают времена, когда мне становится очень тяжело, и я думаю: почему я занимаюсь этим? Когда гибнет товарищ или близкий друг, я спрашиваю себя, где бы еще я его узнал и чем бы он занимался? Ответ один и тот же - он ловил бы краба. То, что делаю и я.

Мне много раз бывало страшно, но страх появлялся всегда после того, как что-то произошло, когда уже не надо принимать решения, действовать, когда не бурлит адреналин. В момент опасности страха нет, на него просто не хватает времени.

- Каков ваш девиз жизни?

- Это не волшебство, только трудная работа.


  • Интервью со шкипером Владимиром Кулиниченко
  • Кораблекрушение рыболовецкого судна "Шанс-101"
  • Лето под парусами - The Tall Ships Races




  • Обратная связь